Тут спасает лишь Селин

01.07.2014 13:11

Так вышло, что мы пропустили один из важнейших релизов 2013 года — альбом основателя группы Трагедия Всей жизни. Ветл Удалых записал «Крест на крест» в новых для себя интонациях — серьезнее и жестче. По кругу затрагиваемых тем Ветл неожиданно оказался ближе всего к последнему альбому Проекта Увечье, о котором мы уже писали. Понять это получилось после прочтения «Путешествия на край ночи». Но давайте по порядку. 

Стыдно признаться, но о многих вещах узнаю из рэпа. 

Бывает такое, что ранее неизвестное явление, культурное например, внезапно начинает прорываться изо всех информационных зон, подчас, полярных. Так случилось с Луи-Фердинандом Селином, писателем, которым я не мог не восхититься. 

Во-первых, Селин был темным гением. Революционером от литературы. Он привнес в высокий жанр французского романа прежде табуированые в нем слова — «речь улицы», навсегда изменив мировую литературу. Селином вдохновлялся под дешевый вискарь — Буковски, под героин — Берроуз, Генри Миллер зачитывался Селином в трезвом состоянии. 

Во-вторых, Селин был изгоем. Он родился в начале XX века во Франции и придерживался антисемитских взглядов. В отличие от многих интеллектуалов, открестившихся от ксенофобии после поражения нацизма, Селин остался верен своим весьма неоднозначным убеждениям и был вынужден эмигрировать под давлением властей. 

Наконец, в-третьих, Селин был мучеником. Он до смерти свято служил лишь своим представлениям о добре и зле. Он не получил благодарности от мира при жизни, умер в провинции, работая врачом для бедных и до сих пор официально не признан властями своей родины. Его книги содержат горечь и мрак его жизни и эпохи в целом — от безусого студента-медика до разочаровавшегося в человечестве диссидента, прошедшего две мировых войны и политическую эмиграцию. 

Короче говоря Селин это, на мой взгляд, определенный эталон. Приложившись к которому, можно понять, кто ты такой на самом деле. 

Я не могу впрямую сравнивать Луперкаля и Ветла  с этим великим писателем. Но если вновь взять вселенную русского рэпа в качестве такой песочницы, которая является очень упрощенной моделью жизни, то почему бы и нет. Обоим Селин близок. Ветл, человек без высшего образования, владеет сборником томов этого автора — вещью, которую не легко найти и в библиотеке литературного интеллектуала. Луперкаль, также не окончивший ВУЗ, однако обладая совершенно иными чем Ветл интересами, явно знаком с творчеством писателя и близок к нему в настроении своего последнего альбома.  Очень странное пересечение — Ветл и Луперкаль — на поле Селина. 

Альбом Ветла «Крест на крест», вышедший в 2013 году, очень похож, на самом деле, на «Роспечаль» Луперкаля. Оба релиза социально направлены, авторы погружены в среду неприглядной России — и они не отводят взгляд от тех жутких вещей, которые видят. Однако язык изложения совершенно разный, разное и отношение. Ледяная отстраненность, расколотая мессионерской горечью и хирургическая описательность «Роспечали» в противовес безжалостному повествованию из недр грязевого вулкана: полной желчи и мамлеевской жестокости отповеди жутковатого юродивого на альбоме «Крест на крест». Стоик Зенон против киника Диогена. 

  

 

И вот здесь возникает вопрос, может и надуманный, может и неуместный, и все же: кто из них Селин? 

Налицо много схожего: протест явный или же скрытый против официальной идеологии, фатализм и пессимизм в отношении будущего, аморальность взглядов (с точки зрения части общества), новаторство языка. 

На этом месте становится отчасти ясна горечь Бабангиды в отношении лидера Проекта Увечье. Бабангида признавался в мечтах о пришествии техничного и злого социального рэпа, русского Immortal Technique и дождался этого — в лице Луперкаля. Вот только торговля мерчем как одна из черт мессии никак не могла устроить Бабангиду. В принципе логично, мученики не должны такими вещами заниматься. Луперкаль правда в мученики не записывался, но это уже другой вопрос. 

Ветл в принципе, никуда не записывался тем более. Регулярные фотографии сытных обедов в его инстаграмме, где Piper-Heidsieck и омары отнюдь не редкость, это подтверждают. По части звука и образа он куда менее буржуазен. «Роспечаль» слушать хоть и грустно, но эстетически приятно. Помимо соблюденных музыкальных тенденций (это о битах) альбом также сопровождает красивая обложка, двойные рифмы, приятный флоу и прочие атрибуты качественной западной музыки, развернутой лицом к слушателю. Чего вовсе нет у Ветла — сюрреалистичные биты с сэмплами из сериалов 90-х, тексты, изобилующие пахучими эпитетами и броскими фразами из бандитского лексикона, непрекрытое презрение к Человеку, который здесь показан не просто крупно, а макропланами, со всеми струпьями, прыщами, язвами и микробами, которыми покрыто тело этого отвратного существа. Обложка, выполненная в стилистике интернет-лубка с простыми русскими пейзжами (крестами в снежном поле и колючей проволокой) в качестве иллюстрации и рубленым шрифтом довершают мрачное полотно. 

Луперкаль, как и большинство рэпперов, стремится понравится своему слушателю. Ветл, пожалуй, тоже. Совсем не пытается он только в треках ТВЖ. Однако в альбоме «Крест на крест» он держится крайне независимо и не пытается привлечь к себе внимание цивилизованных людей качеством записи, двойными рифмами и нэймдроппингом, отсекая таким образом от своей аудитории львиную долю проходимцев и хипстеров. 

Несмотря на непроницаемый сумрак этих альбомов, иногда в области тьмы прорывается свет. У Луперкаля это последний трек «Мы вернулись домой». Вернулись куда торжественней и громче, чем это в свое время удалось Селину. У Ветла же, кажется, единственная светлая строчка,  находится в заглавном треке альбома: «Есть надежда, но об этом пока еще рано. Русская святая старушка не здешняя…». Остается рассчитывать, что надежда, которая у Ветла все-таки есть, рано или поздно увидит свет на других релизах.  

Что до ответа на наш вопрос — кого из этих персонажей можно назвать «Селином современности» в русском рэпе — то ответ, думаю, ясен. Никого, конечно же. Потому что это нахуй не нужно. 

Купить «Крест на крест»

«Я родом оттуда, где каждый вздох наполнен тоской, где прокуроры и судьи пилили общак воровской. Где память, любовь и скорбь. Вольному воля — не тот ли самый Божий закон? Кому нахуй нужен твой вывод резонный, если смерть для всех общий резон». 

Купить «Роспечаль»

«Осколки синего льда заблестят мириадами лезвий, в усталых глазах — злость и азарт, святая холодная ярость желающих мести. Полыхнут небеса, но ни шагу назад перед сворою лающих бестий. Рагнарёк уже близко, и я просто его провозвестник».