FUTURE

Danya, 7 Tishrei 5778

Нэйвэдиус Уилберн Фьючер — рэппер, чей звук породил современный мейнстрим. До Mask Off, вышедшего в 2017, у него не было ни одного настоящего хита, в отличие, например, от Дрэйка. В отличие от Канье Уэста, Future не писал биты и не реформировал рэп со стороны альтернативного хип-хопа, сэмплируя Daft Punk. В отличие от Кендрика, Future не метил своими песнями в мессианские идеи социальной справедливости и не обращался к проблемам черной Америки. На первый взгляд Future — самый обычный рэппер, прославляющий как и все прочие «обычные» образ успешного, осыпанного драгоценностями, женщинами и наркотиками гетто-царька. Так что же в нем такого особенного и каким образом Future стал человеком, создавшим звучание современного рэпа?

Future — ординарный рэппер. Но может быть в этом и его парадоксальная особенность: Future — самый неординарный из ординарных рэпперов. Эталон уличного читаки из палаты мер и весов, он умудряется за ночь записать микстейп с Gucci Mane, затем оттурить с Drake, раздать куплетов доброй половине трэп-подполья Атланты, забежать на шоу Джимми Фэллона, стать единственным гостем на мрачном альбоме главного фрешмена-2016 21 Savage, записать поп-хит с Рианной и сделать припев парню из Maroon 5, а потом как ни в чем не бывало вернуться на студию и выпустить два альбома за две недели — один как бы для улицы, второй как бы для мейнстрима. И, конечно, главным хитом всей его карьеры становится Mask Off с «уличного» релиза, на ремикс которого, не стесняясь, запрыгивает будто бы далекий от коммерции Кендрик. Future — авторитет злой шпаны из Атланты, но при этом его куплет нужен всем от 21 Savage до Канье, не существует рэппера, который отказался бы от припева Future. Он на улице, в интернете, телике, в студийной будке, на показе Valentino, а оттуда на G5 прямиком на трэп-хату своего кузена, где варится доуп. Отношение к Future в сегодняшней индустрии выражается одним словом — уважение. Если в начале 1980-х все хотели быть Принцом, в середине 2010-х все хотят быть Future.

Drake, Kanye West, Kendrik Lamar и Future. Последний кажется тут лишним, но по факту с этими хип-хоп титанами Найвэдиус занял кресло в одном ряду. Канье кричит на каждом углу о том, что создает искусство. Кендрик явно стремится отойти от образа рэппера и быть ближе к художнику-проповеднику. Drake изначально не был что называется pure rapper — эдакий канадский Баста, поющий эмси, каждой новой работой цепляющий все более возрастную и сентиментальную аудиторию, не забывающий брать лучшее у новичков, но неуклонно бронзовеющий и все больше напоминающий эстрадного певца эпохи диско. В этой компании мы неожиданно обнаруживаем, что по своему посылу, по своей идеологии и этике больше всех на рэппера похож… Future. Человек, которому по началу просто отказывали в этой чести, уничижительно называя его музыку Mumble rap. Future — исполнитель, который своим автотюновым звуком ассоциировался с дискотечным рэпом, далеким от тру хип-хопа. И этот человек в конечном счете стал олицетворением улицы и рэппером в гораздо большей степени, чем люди, которых все привыкли видеть главными звездами жанра.

Future — воплощенный парадокс. Торжественный и печальный. Старый и новый. Уличный и попсовый. Он читает, но это звучит как пение. Оксюморон, но только не в случае Future. Он первый, кто стал использовать автотюн не для пения, а для рэпа, корректируя вокал при читке. Его хриплый и тягучий как кодеиновый дурман голос звучит будто поток золотых монет, текущих во тьме. Его флоу — мягкая поступь по дюнам драгоценностей в гулкой ледяной пещере. Даже если вы гангстер со стажем, как Кама Пуля, вы едва разберете и половины слов Future с первого раза. Mumble rap — его ненавидят одни и боготворят другие, и его создал Future. «Когда я записывал Tony Montana, я был так накурен, что едва мог открывать рот», признается рэппер. Случайность? Нет, долгий путь во дворцы из подземелий.

Future появился будто бы из ниоткуда, но в то же время всегда был рядом. Его взлет не был стремительным, в противоположность сегодняшним фрешменам, чей средний возраст от года в год снижается быстрее чем растет цена на бит от Metro Boomin. Микстейп Dirty Sprite 2 как принято говорить, реанимировал карьеру Нэйвэдиуса. И вновь парадоксальным образом — альбом разворачивающий трагическую историю кодеиновой зависимости в духе Томаса де Квинси становится суперуспешным. Future, раздавленный расставанием с невестой, читает об одиночестве и наркотиках обжигающе ледяным голосом, изнутри которого пробивается пурпурное пламя невыносимой боли. Минималистичные биты Metro Boomin на DS2 сделали его главным продюсером в жанре на долгие годы. С момента выхода альбома дела Future пошли в гору: он выпустил совместный с Дрэйком What A Time To Be Alive, сольный EVOL, микстейп Purple Reign с удивительной заглавной песней и наконец в феврале 2017 года — два альбома за две недели под соответствюущими названиями Future и HNDRXX — еще одно имя Нэйвэдиуса, выбранное им в честь легендарного гитариста.

Future сформировали три места: улица, подвал и стрип-клуб. И эти локации не метафорические, в вполне себе географические.

Путь к успеху был долгим. Молодой Нэйвэдиус приторговывал крэком и кокаином на улицах Атланты, наблюдая за тем, как один за другим на тот свет отправляются его менее осторожные друзья. Однажды будущему рэпперу прострелили руку. Вокруг него крутились уличные псы, желавшие быстрых денег. Возможно, прострелянная рука дала Future +10 к буддизму и убедила в том, что ценность не в скорости получения денег, а в самом пути к ним. А какой путь к деньгам кроме криминала может быть у парня из гетто? Ясно какой. По случаю, у Нэйвэдиуса был кузен, состоящий в музыкальном объединении и по случаю этим объединением оказалось легендарное Dungeon Family. Это музыкальный коллектив, продюсировавший добрую половину южного хип-хопа рубежа веков, в том числе великих OutKast. В Dungeon Family была своеобразная атмосфера — музыканты действительно ютились в подвале небольшого дома, где царила жуткая грязь и отнюдь не в смысле грязного хип-хопа, стены подвала были обмазаны красной глиной. Адская обстановочка, по-русски это называется землянка. Музыканты проводили там сутки на пролет и спали прямо там же на диванчике. В Dungeon Family, по словам лидера группы Rico Wade, тебя могли взять только если в твоем рэпе было что-то свое, уникальное. Подражание и копирование чужого стиля исключалось. Rico Wade стремился собрать психов, одержимых производством музла 24/7. Dungeon Family сформировали трудовую и творческую этику Future — работать по 20 часов в сутки, находясь на студии чаще чем где-либо еще. «Я приезжаю с гастролей и сразу еду в студию записываться. Я живу, чтобы записывать треки» — признавался рэппер, уже будучи успешным и знаменитым. Кроме марсианской (или плутонической) работоспособности в Dungeon Family Future разработал основы своего стиля. В объединении были десятки ярких эмси, которые вдохновляли молодого рэппера, но в то же время он находился под огромным давлением, ибо все возможные стили уже были заняты. Фьючеру пришлось буквально изобретать рэп заново, ведь все вообразимые флоу были использованы его коллегами. Как сказал Джастин Хант из HipHopDX: «Что еще в такой ситуации можно было придумать, если не мамбл рэп?». С тех пор кредо Future стало постоянное изобретение себя заново. На этом месте смеются люди, утверждающие, что все треки Future одинаковые. На этом месте смеемся также и мы вместе с Future, но уже над этими людьми, ведь они не знают ничего о настоящем Future.

Но если Dungeon Family — лаборатория, в которой Future экспериментировал со стилем, то в легендарном стрип-клубе Magic City, что в Атланте, Future проверял свои треки на жизнеспособность. Он много тусовался в Magic City, но не потому, что обожал стрип-клубы. «Люди думают, что я люблю все это дерьмо. Нет, я просто использовал это как возможность для бизнеса», — говорит он в документальном фильме для GQ. «Если у тебя нет денег, что ты будешь использовать? Тогда ты должен использовать свой талант, ты должен использовать харизму, должен использовать то, как ты говоришь. Ты должен использовать то, как ты одеваешься. Возможно тебе придется использовать друга». Таким другом, оказавшимся полезным Фьючеру, стал штатный диджей Magic City DJ Esco. Именно благодаря Esco треки Future заиграли в стрип-клубе и их услышала вся уличная Атланта. Magic City заложил фундамент уличной славы Future. А дальше — долгие годы работы, альбомы Pluto и Honest, трилогия микстейпов Monster, Beast Mode и нуарный 56 Nights, посвященный пребыванию Esco в дубайской тюрьме. Иногда ты можешь использовать друга, но потом вы меняетесь местами. И уже ты вытягиваешь неудачливого подельника из тюрьмы и помогаешь заурядному диджею прославиться на весь мир, ставя на все свои треки тэг: «DJ Esco, the coolest DJ in the world». Эта преданность дружбе впечатляет не меньше, чем безумная рабочая этика Future и разброс его коллабораций.

С музыкой Future есть одна проблема — полно проходных треков почти на каждом релизе. С хитов тоже лучше не начинать, потому что это лишь одна, и не самая интересная его сторона. Да и форматных хитов по сути у него нет. Я решил составить небольшой список треков Future, которые нравятся мне.

Codeine Crazy — мой любимый трек. То, за что я ценю Хендрикса — греющая изнутри опиойдная меланхолия, музыка грез, наваждений и их преодоления.

Perkys Calling — песня о том, как хуево быть трезвым или «посмотри какой мир яркий без наркотиков». Future в завязке, но наркотики с ним постоянно на связи, он слышит их голоса. «Gon' roll it up my nigga, Roll up, jump out the car, squeeze the trigger» — в этих строках речь идет о подельниках, за минуту до ограбления, трезвая реальность их гнетет, но в русском сердце эти строки звучат песенкой обреченного, но не теряющего самообладания солдата, обращающегося к своему товарищу с предложением выпить по сто, прежде чем выскочить из окопа под залпы вражеских батарей.

U.E.O.N.O. — трек, на ремиксе которого не побывал только Тупак. И то не факт. А все благодаря липкому как варенье припеву сумрачного гения Нэйвэдиуса. Кроме того заглавная фраза определенно послужила вдохновением для знаменитого «я честно даже не знаю, что в моем спрайте» ЛСП.

Throw Away — диптих, одна сторона которого прикидывается солнечной, другая же — чернильная ночь. Только Future может читать обыденно циничное «I want no relations, I just want your facial» с такой болью в голосе и это будет звучать как бэнгер. Вторая же часть — самое отчаянное, безумное, болезненное, извращенное и выстраданное признание в любви, которое мне приходилось слышать в рэпе.

My Savages — баллада о дружбе, рассказанная с неподдельным трагизмом, тоже далеко не характерном для хип-хопа с аналогичной тематикой.

Magic — заглавная песня документалки про стрип-клуб Magic City. Старый «инопланетный» стиль Future, песня, полностью написанная в стрип-клубе и для стрип-клуба.

56 Nights — темный, как арабская ночь бит, голос Future звучит так, будто пробивается сквозь километры песчаных дюн к близком другу, заточенному за решеткой. Все потому, что основано на реальных событиях.

Same Damn Time — бэнгер-фейерверк, под который хочется крушить и ломать недвижимость, а также насиловать и ебать все, что движется. А если не движется, то двигать и ебать.

Purple Reign — мягкий голос Future в этом треке входит в синергию с шелестом бита, погружая слушателя в подобие кодеинового сна. Под этот трек круто засыпать, когда за окном тихо идет дождь и кровь течет по венам все медленнее и медленнее.