Протестный вакуум в русском рэпе

Жора Селиванов деконструирует политический подтекст в строчках Оксимирона, Бледного и Бабангиды

ZHORA, 5 Elul 5778

Русскую музыку принято ругать за ее аполитичность, а политические песни, когда они все же появляются — за их гнусность и ангажированность. Не вдаваясь в нюансы общественной жизни в России, все же стоит обозначить причины, по которым так происходит. По большому счету, их две, и одна проистекает из другой — политические движения в России (если допустить, что они существуют не в номинальном виде), как правило, не обслуживают интересы какой-либо группы населения, и поэтому для музыканта в принципе не существует прямой формы политического высказывания (с номенклатурным неймдроппингом и четким обозначением сторон — я за того чувака и против вот этого), которая могла бы найти однозначный отклик у аудитории.

В России в принципе отсутствует понимание, как политика по-человечески может присутствовать в сфере энтертейнмента.

Когда государственные мужи собираются на телеканалах говорить про популярность Версуса или рэппера Фейса, они либо обсуждают, как бы все это дело запретить, либо как бы все это дело приспособить под увеличение всесоюзного планового надоя. В жизни частной же разговоры на политическую тему это своеобразный постыдный фетиш вроде бытовой японской педофилии — вроде бы и хочется, поэтому разгоряченные разговоры под водочку в пределах частных квартир производятся, как в Японии панцушоты и маленькие кавайные школьницы, но вообще колется — потому что позорный зашквар. Осуждать это, конечно же, нет смысла, потому что по вышеуказанной причине сама сущность политической жизни в России воспитывает крайнее недоверие.

Тем не менее, мы с вами поговорим про русский хип-хоп и те заметные и интересные эксперименты с политическим высказыванием, которые различные исполнители совершали и продолжают совершать. Общей их чертой, конечно же, является отсутствие того самого номенклатурного неймдроппинга и явного выбора сторон — даже если русский музыкант начнет воспевать коммунизм, ангажировать свою аудиторию отборными мемасами про Грудинина он не поторопится. Поехали!

Горгород

Самым видным политическим альбомом последних лет, был, разумеется «Горгород». Отрицать, что это был смелый и неожиданный ход из того разряда, что отличают сезонных исполнителей от серьезных игроков — сложно. Впрочем, политичность альбома люди, обсуждавшие его на момент выхода, переоценивали, потому что на «Горгороде»

Оксимирон прежде всего концептуально спел про то, как видит себя, творца и кумира миллионов, в реалиях мрачного российского деспотизма.

Там, где на пластинке предоставлялся оксимиронов комментарий непосредственно к общественно-политической жизни, он был довольно казуален и больше напоминал своим градусом патетики высокое фэнтези.

Тем не менее, интересный нюанс «Горгород» содержал, и он следовал как раз из пресловутой патетики — зло, рождаемое власть имущими (в лице мэра города, которому посвящен отдельный трек), по Оксимирону проистекает не из-за приземленных причин вроде глупости, жадности и страха, а из некой их сверхчеловеческой сущности, возвышенной хтонической падлы, которой является мэр. Борьба с всесильной властью, как следует из сюжета альбома, бесплодна, а сам мэр ведет свой монолог в духе злодеев Марвела — можно понять, что его окружают люди-муравьи, а зло проистекает из его мнимого права распоряжаться судьбами людей.

Такое описание власти производится людьми вроде Оксимирона редко, значительно реже, чем конформными сторонниками правящего режима, которые его используют в положительном смысле — там сидят Люди и Делают Реальные Дела, и за меня они все решат намного лучше меня. Зло в этом случае представляется просчитанной необходимостью — не разбив яиц, омлет не приготовить, и все в таком духе. С критической точки зрения так описывать власть непродуктивно, и поэтому идея сверхчеловеков у власти — вредная; задача оппозиционно настроенных деятелей — показать, наоборот, что власть в руках глупых и убогих людей, и поэтому они лажают. При этом сам Оксимирон, скорее всего, придерживается именно второй точки зрения, и тут причиной стали, как говорится, трудности перевода — мэру Горгорода писал текст Оксимирон, и поэтому он вынужден выражаться так же высокопарно и драматично.

Казус Бледного

Группа 25/17 на российской музыкальной сцене занимает совершенно уникальное место — ее слушают все от мала до велика, и каждый ее ценитель рано или поздно встает перед фактом, что он одновременно слушает две абсолютно разные группы. Антон Завьялов, или Ант, поет под апеллирующие к самым широким народным массам рок-аранжировки самые качественные песни про любовь (собственно, главный хит группы «Жду чуда» спет им сольно), а еще в группе есть Андрей Позднухов.

Его зовут Бледный, и он в глазах девочек и мальчиков, посещающих концерты 25/17, осуществляет примерно ту же функцию, что и непонятный усатый юноша из группы Время и Стекло, который занимает своим речитативом место между припевами умопомрачительной Нади Дорофеевой.

При этом у Бледного есть своя, более взрослая и менее обширная аудитория, которая любит его за то, что он раскрывает всю изнанку жизни, «как оно есть на самом деле», и предоставляет самый обширный спектр комментариев на самые разные волнующие социальные и политические темы — война на Донбассе, русскость, интернет, плохой гейский рэп, дикие девяностые, околофутбол и все-все-все. Интересным образом у этой аудитории много общего с тинейджерами, приходящими к 25/17 за балладами Анта — ими тоже руководит сентиментальность и тяга к романтике, но совершенно иного рода, такая, что готова принять описание окружающей действительности и существование абсолютной правды, только если в нем есть суровость и брутал. Это, как уже было сказано, сентиментальность для взрослых мужчин, которым лучше известно, что мир штука сложная, однако от системного объяснения (для которого необходимо существование Правды) они отказаться все же не готовы.

Бледный идеально подходит на роль главного музыкального идеолога и пастыря для народных масс, исповедующих данное мировоззрение — он активно присутствует в интернете, высказывая так или иначе свою точку зрения по разным поводам, убийственно серьезен без намека на самоиронию, когда ее высказывает, и что более важно — обладает уникальным даром говорить суровые и брутальные вещи и не выглядеть при этом смешно.

Весь его героиново-хулигански-провинциальный бэкграунд, весь облик Бледного говорит — вот человек, который видел некоторое дерьмо.

Примечательно, что Бледный лучше всех рэпперов на российской сцене освоил очень простой и эффектный песенный прием, которым пользуется практически во всех своих треках, иногда по несколько раз за куплет — когда подходит момент подать самый жесткач, в треке резко прерывается минусовка, и Бледный произносит строчку в гремящей тишине. Ни у кого не остается спины без мурашек и сомнений, что только что была произнесена Правда Жизни.

Ельцин был скином

Идущий сейчас на убыль андерграунд российской рэп-сцены, или «абстрактный хип-хоп», как его принято называть, был не прочь высказаться на политические темы, однако в своих высказываниях он, как правило, следует от противного – популярные артисты закрывают глаза и рисуют вокруг себя гламурный праздник жизни, поэтому мы здесь споем про какую-нибудь гадость, например, политическую. Идейного подхода (без которого внятную политическую песню не спеть) в нем, как правило, нет, как нет и сюжетов в принципе – потому что во главе угла стоит абстрактность и шифрование смыслов от непрошаренных. Тем не менее, в России до 2014 года существовал примечательный дуэт Бухенвальд Флава, а сейчас выпускает музыку его бывший участник Саша Скул, чье творчество я очень люблю. Характерной чертой Бухенвальд Флавы было внимание к популярным в конце нулевых субкультурам футбольных фанатов и скинхедов (в которых сам Саша принимал непосредственное участие) и категорическое нежелание воспринимать их, себя и все вокруг всерьез. Поговорим про это подробнее.

Вообще, любая политически ориентированная субкультура вроде вышеупомянутых – это, коротко говоря, реакция на идеологический вакуум в обществе и стремление организовать параллельную властным структурам свою собственную, которая бы представляла интересы забытых властью людей и давала им внутренний стержень, наполняла смыслом ту жизнь, для которой не придумали национальной идеи, «российской мечты» и света в конце туннеля. При том, что любая подобная субкультура обязательно позиционирует себя как нечто подлинное для малых социальных групп, низовую самоорганизацию, противопоставляемую мейнстримовому фейку политических движений, насаждаемым деятелями от власти, любой думающий зрелый человек вынужден однажды придти к выводу, что эта новая общность, казалось бы, придуманная специально под него – такая же банальная разводка, как и все прочие идеологии.

Но стремиться найти смысл жизни обречены мы все, и парадоксальность «субкультурного хип-хопа» Саши Скула заключается именно в том, что он, будучи тем самым зрелым человеком, одновременно видит ущербность идеологии и при этом все равно стремится обрести единомышленников – просто потому, что жизнь в одиночестве сводит даже самых стойких с ума.

Поэтому в одной и той же Сашиной песне стеб над «правой темой» может соседствовать с проникновенной романтикой чего-то еще, столь же сильно напоминающего кружок по интересам (см. песню «Только бы вставило», где Саша желает всем правым ребятам, чтобы «их выебали в жопу хачи и негры» и за тем же сразу выражает солидарность с теми, «кто попадал в наркологичку»).

На правах рекламы: ничего лучше последних двух альбомов Саши Скула в этом ключе противоречивой романтики малых социальных групп и тяготения к ламповой междусобойчиковой искренности русские музыканты не придумали. Там есть совершенно выдающиеся песни («Грев», «Давай поделим», «Шатокуа»), которые вам обязательно надо послушать, благо что Скул в последнее время наконец-то начал писаться на качественное битло.

Русская тоска и рофлокоммунизм

Последним (но не по важности) пунктом в нашем списке идет еще одна интересная функция современной российской поп-культуры – использование материй политических сугубо в качестве эстетического инструмента. Пример лежит у всех нас прямо перед глазами в лице паблика вконтакте «Эстетика ебеней», а также рэперов Хаски, Луперкаля, ATL и прочих, которые научились переводить разговор о неприглядных российских реалиях в плоскость развлекательного контента. Строго говоря, адресуя тематику, которой, в США занимается поджанр conscious hip hop, они не имеют в виду никакой альтернативы или призыва к действию, а напротив, эксплуатируют ее в своих нуждах и нуждах слушателя, который получает возможность хорошо провести время, упиваясь «русской тоской» и удовлетворяя свою нужду во внутренней трагедии и возвышенной аутентичности своих переживаний.

Рэп — это вообще жанр, в котором способность гордиться пиздецом является одним из традиционных лейтмотивов.

Поэтому в некотором смысле вышеупомянутые исполнители представляют собой рэп в его подлинном и натуральном виде. Что показательно, все они появились и стали популярными сравнительно недавно – как известно, любой не-американский рэп вынужден постоянно находиться в поисках гетто и борьбы в своей стране, и до недавнего времени русские рэперы безуспешно пытались изобрести в своей стране гэнгста-рэп; у них это не получалось, и выглядели они смешно и нелепо (потому что гэнгста в России нет как класса). Сейчас же эксперименты по изобретению «гетто» наконец увенчались успехом, и у многих артистов получается воспроизводить тот самый эстетичный пиздец, который в российских реалиях выглядит складно и аутентично. Стоит подчеркнуть, что эти артисты, хотя и не имеют в виду ничего такого и ни к чему не призывают, пользуются в народе значительной популярностью – можно сказать, что по признаку критического отношения к обстановке в стране они свою аудиторию консолидируют.

Говоря об эстетике политического, можно также вспомнить небезызвестных Бабангиду и группу Ленина Пакет, которые в свое время пели очень веселые песни про коммунизм и гулаг для молодежи, которой в общем и целом гулаг претит. Это наглядный пример того, откуда еще можно черпать развлекательное в политических материях, а именно - из провокации. Бабангида написал трек «Коба», в котором поется о том, как армия Сталина зашагает из врат Ада сеять пожар революции на планете.

Такие вещи говорятся не на серьезных щах, но они не оставляют аудиторию равнодушной, скандализуя одну ее часть и доставляя радость другой, которая видит в этом панковском демарше милый сердцу троллинг и провокацию.

Сейчас вот подобным занимается последователь Бабангиды, широко известный Слава КПСС, про которого рафинированная публика после его выступлений всерьез думает, что он то антисемит, то путинист, то гомофоб. Принято полагать, что подобный политический нигилизм лидеров мнений для общества вреден (хотя бы потому, что человек, не имеющий убеждений и настроенный только скандализовать публику, может завтра за деньги власти начать транслировать что-то выгодное для нее), но качественного развлекательного контента таким образом можно произвести много.